- Кто-нибудь видел это?

- Вряд ли, - ответили Линзы. - Это ведь ближе к ночи случилось, а мы все больше с утра сидим. Солнышко ловим, последнее. Из тех, кто вокруг нас кучкуется, никто не признавался, будто что-то видел. Да и не в тему это все, наша игра уж куда интереснее будет.

- Ну да, конечно… Видите ли, Василий Андреевич, дело вот в чем. У нас есть все основания полагать, что это было не простое хулиганство. Я, конечно, не могу посвящать вас во все детали…

- И не надо, - живо подхватили Линзы.

- …не могу посвящать вас во все детали, - повторил следователь, словно не услышав. - Но поверьте мне на слово: потерпевший не был обычным прохожим. Случайное нападение шпаны, конечно же, возможно, но мы вынуждены исходить из худшего. Поэтому нам важна любая информация. Вы сами говорите, что тема все-таки обсуждается, несмотря на увлекательность ваших шахматных поединков. Что говорят конкретно? Вы можете не называть имен.

Он был весьма убедителен, и Василий Андреевич задумался. Он неожиданно ощутил несвойственное ему желание помочь органам. Убийство есть убийство, и ничего худого не будет в том, что он окажет посильное содействие.

- Конкретного ничего, - молвил он после паузы. - Просто говорят, что убили. А дальше, сами понимаете, начинаются оценки и выводы. Порядка никакого нет, милиции не дождешься… пиво на каждом углу. Хулиганье совсем распустилось, маньяки какие-то развелись, каких раньше в помине не было… Да мы и не слушаем особо! Мы же играем, думаем о фигурах.

- Жаль, - вздохнул Никита Владимирович. - Ну а ваши партнеры… вы с ними дружны, наверное, больше, чем со случайными зрителями?

- У нас случайных почти нет. Все одни и те же. Вымираем как класс. А партнер у меня, считайте, один…

- Это Нисенбаум, если не путаем?

- Он самый, - недовольно кивнул старик. - Моисей Залманович. Вы и о нем уже навели справки?

Никита Владимирович широко улыбнулся: