— Происходящее нельзя остановить, — объявил юноша достаточно громко, чтобы каждый в «Гнэльфе» мог услышать его слова. — Мы начали войну, и мы обязаны ее выиграть.
— Из Эйвона придут корабли, — предостерег хафлинг.
— Значит, мы остановим их, — резко оборвал его Лютиен, и его карие глаза гневно блеснули. — В Порт-Чарлее.
Юный вождь оглянулся на толпу и вновь отыскал взглядом Сиобу. Ему показалось, что глаза девушки заблестели еще ярче, словно он выдержал некую проверку.
— Жители города присоединятся к нам, — продолжил Лютиен, собравшись с силами. — И так же поступит весь остальной народ Эриадора. — Лютиен умолк, но недобрая улыбка, заигравшая на его губах, говорила не хуже слов.
— Они присоединятся к нам, когда знамя Кэр Макдональда будет реять над Монфором, — продолжал он. — Когда они поймут, что мы пойдем до конца.
Оливер хотел было добавить, что этот конец может оказаться весьма горьким, однако вовремя прикусил язык. Хафлинг никогда не боялся смерти, а саму жизнь воспринимал как забавное и увлекательное приключение. Теперь же Лютиен, этот наивный юноша, которого он некогда подобрал на дороге, раскрыл ему глаза.
Шаглин ударил по воздуху мощным кулаком.
— Дайте мне добраться до рудников! — взревел он. — И я приведу вам целую армию!
Лютиен хорошо понимал чувства своего бородатого друга. Шаглин уже давно настаивал на атаке на рудники Монфора, находившиеся за чертой города, где томилась большая часть его племени. Да и Сиоба не раз требовала того же. Теперь, когда народ осознал, что они не просто подняли восстание против герцога и его циклопов, а объявили настоящую войну королю-чародею Гринспэрроу, Лютиен понял, что этот поход следует начать немедленно.