Он протиснулся поближе к плечистому брату, словно бы желал в час склоки оказаться под его защитой. Но человек знающий сразу бы определил намерение Тьедри - он готовился защищать Джефрейта, и тот это знал, и был спокоен - никто не посмеет подобраться к нему слева или сзади, пока рядом младший.
- Почему ты так упорно удерживаешь нас, граф? Наши люди дерутся в Ронсевале, и они попали в беду! - воскликнул Немон Баварский. - Давно ходили слухи, что ты ищешь погибели графа Роланда! Недаром ты нас удерживаешь!
- В чем ты упрекаешь меня, Баварец? - возмутился Гвенелон. - Возьми свои слова обратно!
- Тогда и ты возьми свои слова обратно, Ганелон! - Немон Баварский повернулся к Карлу. - Разве не он присоветовал тебе, король, оставить Роланда со сторожевым полком в Ронсевальском ущелье? Разве не клялся, что сарацины не посмеют преследовать нас, разве что какая-либо дюжина совсем отчаянных сарацинских баронов? А теперь он же не желает, чтобы мы пришли на помощь графу Роланду! Уж коли это - не предательство, то что же тогда звать предательством?!
- Тебя предупреждали, король, - добавил граф Джозеран Нормандский. Но ты не внял. А теперь мы услышали Олифант и растерялись, как малые дети!
Оба Анжуйца молчали. И лишь когда заговорил Нормандец, переглянулись. Граф Гвенелон явно оставался один против всех.
- А ведь твой племянник заранее знал, что Гвенелон предаст его! Немон Баварский заговорил быстро, уже по-старчески невнятно, однако горячо и убежденно. - Я повторяю - кто, как не Гвенелон, предложил поставить Роланда во главе арьергарда? Недаром, недаром удерживает он нас!