Тогда Павел сформировал красный шар — шар-смерть, шар-огонь, и метнул его вперед. Он не хотел этого делать, боясь ненароком поджечь тайгу (красный шар, в отличие от оранжевого, мог это легко сделать), но выбора не было — намерения противника не оставляли ни малейших сомнений. И вновь шар попал точно в цель!

Существо взревело, когда огонь охватил его правую руку… Но руку ли?! В свете пламени Павел наконец смог разглядеть, кто стоит перед ним. Это был более чем двухметровый деревянный столб, усеянный гнилушками, которые и мерцали в темноте призрачным светом. На столбе виднелось множество рук-отростков, две из которых были значительно толще остальных… Передвигалось это «нечто» на змеившихся по земле толстых корнях. Опустив взгляд вниз, Павел увидел, что сковывало его движения. Это были травы и корни деревьев…

Пылающее дерево двинулось вперед, протянуло вперед горящую руку-ветвь и секунду спустя обвило ей шею Павла. Огонь распространялся по дереву, приближаясь к его лицу, и вскоре был уже настолько близко, что Павел кожей ощущал жар, идущий от пламени. Существо ревело от боли, видимо, предчувствуя свою близкую кончину — но отправляться на тот свет в одиночку не желало. Постепенно огонь охватывал тело существа, одновременно приближаясь и к лицу Павла. Он уже чувствовал, как трещат волосы…

Бой был проигран! Тест не пройден! Огненный шар был ошибкой — глупо драться огнем с тем, кто может использовать это оружие против тебя… Должно быть, в этом и состоял смысл теста — сначала нужно понять, кто перед тобой, оценить возможности врага, а уж затем бить в полную силу… Павел не сделал этого, и сейчас его тело сковывали ветви горящего дерева, а сердце — страх, страх перед смертью (ведь еще никогда он не был так близок к ней), страх за своих друзей, оставшихся в Москве — кто теперь поможет Вале, если он умрет здесь, в глухой Сибирской тайге? Кто остановит бывшего члена Ордена, Георгия, перешедшего на сторону Игни Этферро?..

— Довольно! — раздался голос Даганда, вдруг выросшего на освещенной огнем поляне, будто из ниоткуда.