Совместная жизнь с пьяницей и хулиганом становилась невыносимой, и Нина Сергеевна подала заявление на развод. Но Чуркина и это не остановило. Напротив, он все более и более опускался. После одного из скандалов, который устроил распоясавшийся хулиган, Нина Сергеевна вынуждена была обратиться за помощью в отделение милиции.

Административная комиссия оштрафовала Чуркина на 25 рублей. Но это только подхлестнуло его.

— Ах ты так!.. Я тебе покажу! — пригрозил он бывшей супруге.

Вконец опустившийся пьяница избрал для мести самую подлую, бесчеловечную форму. Нина Сергеевна работала диспетчером в автобазе, и, когда она бывала на дежурстве, Чуркин приходил домой, уводил Сергея и Игоря на кухню, ставил на стол бутылку вина:

— Пейте, сынки.

Запретный плод сладок. Тем более что вином угощает родной отец: ребята стали приобщаться к спиртному.

Больше того, у Чуркина-старшего появился добровольный помощник в этом гнусном деле — сосед Игорь Мишаков. До девятнадцати лет этот балбес успел кончить шесть классов и не приобрел никакой специальности. И сейчас он только числился на курсах шоферов, а большую часть времени слонялся по улицам, приставал к иностранцам, выклянчивал у них подачки.

Отец Нины Сергеевны — Сергей Иванович стал замечать, что с его внучатами творится что-то неладное, когда они посидят с отцом на кухне. Старый человек даже предположить не мог, что его зять спаивает ребятишек.

— Что вы делали на кухне? — спрашивал он внуков.

— Папа нас кормил, — не очень твердым голосом отвечал Сергей.

А Чуркин-старший предупредил детей:

— Никому не болтайте. Ни деду, ни матери. Мы выпиваем — это наше мужское дело.

И чтобы «задобрить» ребят, расположить их больше к себе, он стал давать им деньги на «карманные расходы». Если бы Чуркин давал 15—20 копеек, это было бы понятно: на мороженое, на конфеты. Но в том-то и беда, что у пьяницы таксиста была широкая душа и... лишние полтора-два рубля. Он давал, даже не спрашивая, на что их ребята тратят.