Спавший невдалеке под забором пьяный ветеран Третьей Рунической, не сообразив поначалу, что к чему, затянул свое «Сидел король в тот вечер одиноко…», перемежая неуклюжее нетрезвое (и потому старательное) пение всхлипами, когда доходило до особо слезоточивого места.

Гномы выкарабкались из-под кучи досок.

Снори поправил каску и, наклоняясь к ветру, чтобы не упасть, сказал:

— О-е, Барлог пришел… Блин!

В таких случаях кто-нибудь обязятельно говорит эти слова.

От щелчков огненного бича загорелся склад-сарай ГСМ. К торжествующему реву барлога добавился грохот взрывающихся бочек. Черный дым заволок площадку. На пять километров в окружности в домах вылетели стекла. Со здания парламента сорвало «тарелку» спутниковой системы «Вингилот». В городе рухнули трубы пяти котельных и одна из телевизионных вышек. Полиция захлебнулась в вызовах от сработавшей сигнализации. Одновременно получили вызовы на место происшествия пожарная служба и бригада ТВ-9. Через сорок минут известие об освобождении барлога достигло Валинора. Еще через полчаса президент республики Арнор объявил чрезвычайное положение. В город были введены части Форностской танковой дивизии. Тяжелые танки окружили стройплощадку, превратившуюся к тому времени в дымящееся ровное место.

Снори первый заметил, как барлог, ворочаясь в шахте, выплюнул лохматое голубое облачко. В тот же миг, или, может быть, секундой позже, гномов охватил ужас, неодолимый, как Тулкас, и холодный, как валинорский карп. Гролин захрипел, и, попятившись, рухнул в канаву. Барахтаясь по колено в сточной воде, он истерически вспоминал, не сделано ли эльфами что-нибудь из того, что на нем надето. К треску горящего масла и дерева, реву барлога и воплям местных жителей прибавились сирены пожарных машин, на полном ходу влетавших в этот набор декораций для съемок Дагор Дагоррат. Следом за пожарными, визжа покрышками, прикатил фургон ТВ-9. Снимали прямо с колес, откинув борт. Пожарные раскатали шланги, мощные струи воды залили створ шахты. В небо ударил столб пара…