— Нужно найти гостя, который имел при себе небольшой термос.

— Такая работа тебе нравится, — заметил Хан. — Ищи.

— Прошло уже столько времени! — пожаловался Беркович. — Если бы гостей обыскали сразу, то еще можно было бы надеяться… А сейчас? Погоди-ка! — вспомнил старший инспектор. — Я, кажется, знаю, кто убил Бокштейна.

— Кто же? — поинтересовался эксперт.

Но Беркович уже шел к выходу и не слышал вопроса.

Был одиннадцатый час вечера, когда старший инспектор позвонил в дверь квартиры Зильберманов.

— Я ненадолго, — извинился он, войдя в салон. Аркадий Зильберман, похоже, уже собрался спать — на нем были пижама и тапочки на босу ногу. Илона, его жена, которую, по словам Брука, пытался увести покойный Бокштейн, смотрела телевизор и, кивнув Берковичу, отвернулась к экрану, где кто-то кому-то заламывал за спину руку, а кто-то третий вопил нечеловеческим голосом, направляя пистолет в спину кому-то четвертому. Самое подходящее кино.

— У вас есть китайский термос? — громко спросил Беркович, обращаясь к Илоне и игнорируя Аркадия.

— Был когда-то, — вместо жены ответил Аркадий.

— Как — был? — удивилась Илона. — И сейчас есть. А зачем вам? Да еще на ночь глядя?

— Я его потерял, — Аркадий не смотрел на жену, но в голосе его чувствовалось напряжение, на которое трудно было не обратить внимание. Илона была, однако, слишком увлечена сериалом и сказала, не отрывая взгляда от экрана:

— Аркаша, у тебя совсем нет памяти. Ты поставил футляр с термосом в нижний ящик кухонного шкафа, когда вернулся со вчерашней вечеринки. Я его сама там видела час назад.

— Покажете? — теперь Беркович обращался уже к хозяину квартиры, который переминался с ноги на ногу, глядя в окно, будто ученик, вызванный к доске.

— Зачем вам? — повторил Бокштейн вопрос, заданный Илоной.

— Вам непременно нужно, чтобы я ответил? — пожал плечами Беркович и пошел в кухню.