Перекрыть их тоже было никак нельзя, без поступающего с поверхности воздуха жители подземелий продержались бы очень недолго. Диверсанты пользовались трубами винтеляций с особым удовольствием и в тренировочных лагерях проводили даже соревнования по новому прикладному виду бега – в полной выкладке на четвереньках. Все спускавшиеся под землю нашивали на колени и локти толстые кожаные заплатки и в обязательном порядке брали с собой крепкие перчатки, так что ползанье по трубам было поставлено на профессианальную основу.

Присмотрев решетки они направились осматривать помещение. В углу, как обычно, стояли горы ящиков. Диверсанты бдительно осматривали все углы. Вроде никого. Никаких шевелений, тишина. Только вонища какая-то непонятная из угла идет. Там же, с правой стороны, находился широкий водоем. Осторожно подойдя к ящикам, они обошли их с двух сторон. За ящиками никого не было, зато там был стол, а возле него лавочки и бочки с едой. На столе стояло 15 полных мисок, тут же валялись ложки и какие-то крючки.

Лютый наклонился над миской, потянул носом, скривил физиономию и отвернулся.

– Не будешь, что ли? – ухмыльнулся Гоблин.

– Ты сам понюхай! – огрызнулся Лютый. – Как они эту парашу жрут...

Дух от мисок шел чудовищный. Бойцы вышли из-за ящиков и обшарили остальные углы. Насмотревшись, они закрыли глаза и включили акустические системы шлемов на полную мощность. В головах зазвучали какие-то смутные раскаты, непонятный гул и отдаленные шумы. Внутри помещения не было слышно ни дыхания, ни шевелений.

Гоблин открыл глаза и сказал:

– Они все пришли отсюда, из этого помещения.

– Думаешь?

– Да. Иначе все бы уже кишмя кишело этими уродами.

– И никого не предупредили?

– Сам видишь. Сюда придет только разводящий гладиатор, когда хватятся того, что мы завалили. Причем не один, а с целой оравой. Их тут, как в Бразилии обезьян. А вот они уже предупредят остальных обязательно.