Чубакка почувствовал неожиданную слабость. — Лумпи?

Приглушенный крик отозвался эхом возле угла, и худшие опасения Чубакки оправдались, когда он вошел в зал и нашел в конце него дверь; это была дверь, которая соединяла его квартиру с квартирой Хэна Соло.

Малла поднялась сзади него и глянула через его плечо. — Наш сын прошел через эту дверь? — она задыхалась от волнения. — Лумпакка?

— Он не послушался нас. — Сказал Чубакка. Энергичный, такой, каков он был сам для Лумпи. Чубакка был не рад видеть, что детёныш вошел в изящную квартиру Соло. — Если он начнет бунтовать, то выбрал очень неподходящее время.

— Это не Лумпи, — настаивала Малла. — Он даже никогда не повышает на меня голос.

— Это, скорее всего Лумпи, так как Соло нет дома.

Временный Совет готовился к государственному обеду, чтобы вечером приветствовать новые миры — члены Новой Республики. Лея, C-3PO, Зима — все были в Имперском Дворце и наблюдали за приготовлениями. Хэн делал свои приготовления и, как обычно в последнюю очередь, пробовал найти галантерейщика, который мог бы снабдить его официальной одеждой на некоторое время.

Чубакка направился вниз к залу. — Лумпи! Не прикасайся ни к че…

Из глубины квартиры раздался громкий шум.

— Звук нехороший, — сказала Малла. — Как сердита будет принцесса Лея?!

— Это зависит от того, что он разбил. Если это — поющая лампа, которую Джумерианс преподнес ей как свадебный подарок, она может даже поблагодарит его, — сказал Чубакка. — Давай будем надеяться, что он не разбил Хэнову бутылку Иторианского Тумана. Это было бы очень плохо.

Чубакка вошёл в апартаменты Соло, которые были ярким примером алдеранской элегантности и направился к маленькому каменистому вестибюлю.

От этого вестибюля двери вели к офису Леи, спальне, гардеробной и апартаментам, где находились тренажёры, сауна, и ванны, которые могли пульсировать, булькать, и насыщать минералами временных посетителей в «стране вялого блаженства».