- Может быть... Значит, база просто не может посигналить, а меня услышит?

Мила чуть помедлила с ответом и, слава богу, поняла, что врать мне после этой паузы глупо.

- Только попробуй! - натянуто рассмеялась она. - Я заглушу тебя.

Положение, кажется, становилось несколько неустойчивым.

- Какого черта, Мила! Разве мы больше не вместе?

- Вместе? - она снова помолчала. - Да, мы вместе. Мы навсегда теперь будем мужем и женой. - Она хихикнула: - Пока смерть не разлучит нас.

О, боже, возможно ли, что она не в своем уме? В перевернутом вездеходе я с трудом отыскал скафандр для выхода под открытое небо и стал напяливать его на себя.

- Неужели ты не знал о той давней истории? Ни за что не поверю! Хотя, ты всегда был странным...

- Какая история? - почти машинально ответил я, возясь с ботинками.

- Неужели ты не знаешь имя основателя "Карельских сельскохозяйственных машин"? Ведь это твой прапрадед!

- Ты сошла с ума, - подытожил я.

- Дурак! Лучше послушай. Этого человека звали Виллем Аалто, он был финном до мозга костей и ненавидел эстонцев, поэтому когда его дочь Хайла сбежала, чтобы выйти замуж за Михкеля Рейцака, он проклял ее до черт знает какого колена и лишил наследства навсегда. Но в те годы "Машины" были не бог весть каким призом.

- Ты это серьезно? - я бросил натягивать скафандр и прислушивался.

- Это еще не вся история. Дед Хельми Пака был богатым корейцем. В то время дела у рода Аалто пошли неважно: "Машины" приносили убытки, а наследницей стала дочь Линна Аалто - Хэйккила. Я не утомляю тебя этим рассказом, дорогой? Сейчас начнется самое интересное. Теперь ты знаешь, откуда взялся Хельми Пак, погибший сегодня на марсианской равнине от руки своего дальнего родича и не оставивший наследников.

- Это не равнина, - пробормотал я невпопад. - Это Желтое море. Заторможенность снова возвращалась ко мне, будто я и не избавлялся от нее.