Однако и помимо этого про него ходило множество странных и разноречивых слухов, причем не только в Лаумаре, но и за его пределами. Утверждали, что своей личной мощью он заткнет за пояс любого солеттского мага, что он способен призывать себе на помощи странные силы… мало того, что клириков, способных овладеть этими силами, становится в Лаумаре все больше и больше! Правда, ничего конкретного в этих разговорах не содержалось, ибо служители блаженного Мешнека были еще более неразговорчивы, чем простые лаумарцы. Однако сейчас все эти сплетни пришли Джарвису на ум – и его спине стало холодно.

Ломенархик тоже узнала своего врага: из-за спины Джарвиса послышался сдавленный стон, в котором смешались ненависть и страх – непонятный страх перед абсолютно безоружным стариком, который к тому же находился далеко и вряд ли мог принести какой-либо вред. Однако девушка, не очень хорошо осознавая, что делает, крепко вцепилась в запястье «своего рыцаря».

Архиепископ медленно поднял правую руку, будто приветствуя издалека своих врагов. В следующий момент с раскрытой ладони священника сорвался шар из бледного огня и метнулся вниз со скоростью, несколько меньшей, чем у снаряда катапульты – прямиком к Джарвису и ведьме.

Ломенархик еще крепче сжала пальцы на запястье Джарвиса, а свободную левую ладонь поднесла к глазам, будто пытаясь заслониться от яркого света. В тот же момент огненный шар, не пролетев и половину расстояния до баржи, взорвался желтыми искрами, которые с шипением осыпались в воду.

Выпустив руку Джарвиса, ведьма выкрикнула что-то длинное и непонятное, показавшееся принцу бессмысленным набором слогов, и отступила на шаг. С удивлением и страхом Джарвис увидел, как стройную фигуру, затянутую в металл, очерчивает по силуэту холодное серебристое сияние. Оно разгоралось все ярче, постепенно превращаясь из серебристого в синее. В ответ архиепископ на скале выставил перед собой обе руки, сложенные крест-накрест. Вспышка – и Ломенархик окутал мерцающий синий свет, почти скрывший ее от глаз. Тогда архиепископ соединил ладонями вытянутые руки. Между ними и световым коконом ведьмы протянулась пульсирующая нить света, постепенно становящаяся все толще. Джарвис почувствовал, как бешено пляшут в пространстве вокруг него магические энергии, как растет напряжение – словно сжимается тугая пружина метательной машины…