120Может, притом, и на мысли прийти здесь рабыням, сама тыМожешь подумать, что слезы от хмеля мои происходят».Так Одиссею, ему отвечая, сказала царица:«Странник, мою красоту я утратила волей бессмертныхС самых тех пор, как пошли в кораблях чернобоких ахейцы 125В Трою, и с ними пошел мой супруг, Одиссей богоравный.Если б он жизни моей покровителем был, возвратясяВ дом, несказанно была б я тогда и славна и прекрасна;Ныне ж в печали я вяну; враждует злой демон со мною.Все, кто на разных у нас островах знамениты и сильны, 130Первые люди Дулихия, Зама, лесного Закинфа,Первые люди утесистой, солнечно-светлой Итаки,Нудят упорно ко браку меня и наш дом разоряют;Мне ж не по сердцу никто: ни просящий защиты, ни странник,Ниже глашатай, служитель народа; один есть желанный 135Мной – Одиссей, лишь его неотступное требует сердце.Те же твердят непрестанно о браке; прибегнуть к обмануЯ попыталась однажды; и демон меня надоумилСтан превеликий поставить в покоях моих; начала яТемно-широкую ткань и, собрав женихов, им сказала: 140«Юноши, ныне мои женихи – поелику на светеНет Одиссея, – отложим наш брак до поры той, как будетКончен мой труд, чтоб начатая ткань не пропала мне даром;Старцу Лаэрту покров гробовой приготовить хочу яПрежде, чем будет он в руки навек усыпляющей смерти 145Парками отдан, дабы не посмели ахейские женыМне попрекнуть, что богатый столь муж погребен без покрова».Так я сказала; они покорились мне мужеским сердцем.Целый я день за тканьем проводила; а ночью, зажегшиФакел, сама все, натканное днем, распускала. Три года 150Длилася хитрость удачно, и я убеждать их умела.Но когда, обращеньем времен приведенный,
