- Кто "эти"?

- Ну, как их? Правление.

- А чего им чесаться? - весело удивляюсь я. - Они ведь деньги внесли.

- Ха. Внесли. Тут, милый человек, живые деньги нужны, а не мертвые. И, опять же, бегать надо.

- Кому надо бегать?

- Да им же. Кому же. Я, что ли, за них бегать буду? А они только днем да ночью ходют да меня упрашивают. Или жалобы на меня пишут. Ха! Писаки. Вот плюну да уйду.

Сизых и в самом деле сердится и в сердцах хлопает снятыми варежками по столу.

- Вот, видал? - все больше накаляясь, продолжает Сизых и машет рукой в сторону котлована. - Что летом надо было делать, то теперь изволь зимой ковырять, мать их...

Кого он при этом имеет в виду, понять трудно. Но меня сейчас занимает совсем другая мысль. Если гараж кооперативный и эти самые пайщики бродят здесь днем и ночью в горестных мечтах о будущем гараже, то... Ну, во всяком случае, пока, видимо, рано отбрасывать и третью версию: несчастный случай. Но тогда эта женщина может быть из числа пайщиков кооператива или членом семьи кого-нибудь из них. Однако зачем надо рыть такой глубокий котлован, если строят всего-навсего гараж?

- А! - с обычной уже, видимо, досадой снова машет рукой Сизых. Гараж-то не какой-нибудь, а подземный. Сами не знают, чего хотят. Поначалу, видишь, один этаж планировали. А потом, значит, туды-сюды побегали, и теперь уже два этажа получается. На два этажа под землю. Какой тут котлован требуется, чуешь? Тут слон упадет и тот шею сломит, не то что человек.

- Вы когда вчера с площадки ушли? - задаю я ему новый вопрос. - Поздно?

- Да-к как сказать... - сразу остывая, задумчиво скребет затылок Сизых. - Вчера, значит, зарплата была. И кран, зараза, все равно стоит...

- Ну, вы вообще-то вчера на площадке появлялись? - допытываюсь я.

Сизых обиженно вскидывает голову:

- А как ты думал? Ясное дело, появлялся.

- А еще кто был, кроме вас?