– Женщины, взявшие в руки оружие? – поразился Алкиний. – Ты, наверное, имеешь в виду амазонок. Но я никогда раньше не слышал, чтобы они жили именно в этой части Понта.

– Ты много еще чего не слышал, – невесело усмехнулся кормчий. – Поговаривают, что попавшим к ним в плен мужчинам они вспарывают животы, а затем сжигают их на кострах. Сущее порождение тьмы! Их называют служанками Артемиды – хозяйки Нижнего Мира…

Уцелевшие после шторма корабли представляли собой плачевное зрелище. Требовался срочный ремонт, в трюмы постепенно прибывала вода, и, несмотря на яростные протесты части бывалых моряков, было принято решение высадиться на сушу.

Осторожно обойдя многочисленные отмели, потрепанный караван пристал к берегу.

Местность, куда они высадились, на первый взгляд была вполне безопасной и очень удобной. Сделав вылазку в близкий лес, эллины с радостью обнаружили там деревья, подходящие для починки судов.

Приступить к работе было решено немедленно. Алкиний, самый молодой из команды, охотно вызвался идти вместе с другими моряками дальше в лес, чтобы найти деревья, подходящие для новых мачт, а заодно и поохотиться. Однако Эвмед внезапно запротестовал. Кормчего смутила сломанная стрела, лежавшая прямо на прибрежном песке.

– Скверный знак! – твердил он недоверчиво усмехающимся товарищам. – Это воительницы, я знаю! Мы все погибнем! Не следовало приставать к берегу!..

– Но у нас очень мало провианта, – возражали моряки. – Соленая вода испортила большую часть запасов. Необходимо разведать, возможно, здесь есть поселение. Да и мачты… Куда мы без мачт?

Как ни уговаривал их Эвмед, как ни просил, его не послушались. Моряки, вооружившись щитами и легкими мечами, смело двинулись в глубь леса. Алкиний захватил с собой лук со стрелами, рассчитывая подстрелить какую-нибудь дичь.

Чем дальше уходил маленький отряд, тем непроходимей становилась чаща. Впрочем, это никого не смущало. Вскоре удалось отыскать пресную воду, которой тут же были заполнены предусмотрительно захваченные фляги. Нашлись и подходящие для новых мачт деревья, которые поспешили пометить. Но затем чащоба стала совсем непроходимой. Идти дальше не имело смысла, и моряки решили вернуться, дабы не искушать судьбу.