- Опять камень, - сказал Цуха.

- На этот раз не пришлось выходить из машины: камень лежал на краю дороги, и можно было протиснуться. Цуха прижал грузовик к скале, стал медленно, по сантиметру, проводить его мимо камня - и вдруг газанул, с ревом и скрежетом продрался на свободу, погасил огни и вслепую, наугад проехал метров сто.

- Что с тобой? - спросил Юл.

- Сейчас, - сказал Цуха. - Шевельнулась земля...

Позади раздался короткий обвальный гул, удар. Грузовик подпрыгнул.

- Боже мой, - прошептал Петров. - Что это?

- Змея Гакхайе, - сказал Юл. - Под этой дорогой погребена великая змея Гакхайе. Когда начинается ночь, змея вспоминает, что пора идти на охоту...

Цуха, открыв дверцу и встав на сиденье, всматривался поверх кузова в то, что происходит сзади. Потом сел, завел мотор, включил фары и повел машину быстро, как только мог. Лицо его блестело от пота.

- Вам вольно шутить, - начал было Петров и оборвал себя: сзади опять донесся - теперь далекий - обвальный грохот.

- Успели, хвала Создателю, - прошептал Цуха на языке "детей дождя": с артиклями и редуцированными гласными; та же самая фраза на Понго могла привести прямиком в петлю, так как означала бы: "Мы вздрючили Создателя".

- Они сами падают? - спросил Петров.

- Иногда сами, - ответил Юл.

- А у меня окошко разбилось, - пожаловался Петров. - Я его локтем задел, а оно выпало.

Только сейчас Юл почувствовал, что кабина полна свежего холодного воздуха.

- Ничего, - сказал он. - Скоро приедем. Не замерзнете?

- Какое там, - сказал Петров. - А скажите, пожалуйста, вот когда мы выезжали из города, справа был такой длинный парапет...

- Это нижняя стена Дворца.

- Да какая стена - мы вдоль этой штуки почти час ехали.

- Размеры дворца - сорок пять на пятнадцать километров, - сказал Юл. - Вот, смотрите, - он пальцем на ветровом стекле нарисовал вытянутый овал. - Это дворец, а это - столица, - он обвел кружком нижнюю треть овала. Такие вот тут масштабы власти.