На обратном пути они держались за руки.

Было уже темно, когда все вернулись в церковь и сели пить чай. Они сидели рядом. Глогер все время смотрел на распятие, висевшее в ложбинке между ее уже большими грудями.

Остальные ребята собрались вместе на другом конце пустого церковного зала. Иногда Карл слышал хихиканье какой-нибудь девочки и ловил взгляды мальчиков в их направлении. Он почувствовал, что доволен собой, и подвинулся ближе к Веронике.

- Принести тебе еще чашку чая, Вероника?

Она уставилась в пол.

- Нет, спасибо. Я лучше пойду домой. Мать с отцом станут беспокоиться.

- Я провожу тебя, если хочешь.

Она заколебалась.

- Это недалеко от меня, - сказал он.

- Хорошо.

Они встали, и он взял ее за руку, помахав остальным.

- Пока всем. Увидимся в четверг, - сказал он.

Смех девочек стал неудержимым, и Глогер снова покраснел.

- Не делай без меня ничего, - крикнул один из мальчиков.

Карл подмигнул ему.

Они пошли по хорошо освещенным улицам пригорода, оба слишком смущенные, чтобы говорить; ее рука вяло лежала в его ладони.

Когда они дошли до парадной двери ее дома, она остановилась, затем поспешно сказала:

- Я лучше пойду.

- Теперь ты собираешься подарить мне поцелуй? - спросил он, опять не отводя взгляда от распятия в вырезе ее голубого платья?

Она торопливо клюнула его в щеку.

- Ты можешь сделать это лучше, - сказал Глогер.

- Мне пора идти.

- Ну, давай, - сказал он, - подари нам настоящий поцелуй. - Глогер был близок к панике, густо покраснел и вспотел. Он обнял ее, заставляя себя, хотя сейчас его подташнивало от вида ее полного лица с грубыми чертами и ощущения тяжелого крупного тела.

- Нет!