- Сержант, в армии я ни разу не встречал никого из ваших парней. Ктонибудь из них знал Секстона? - Не думаю. Я спешился, привязал повод к молодому дубку. Лошадь недовольно зыркнула на меня. - Размечталась, думала, я отпущу поводья и ты спокойненько удерешь? - Что ты сказал? - переспросил Питерс.

- Я к лошади обращаюсь. Люблю разговаривать с лошадьми: они понятливей людей.

- Снэйк, это Майк Секстон. Был разведчиком у меня на островах. Ты. наверное, слышал о его приезде. Снэйк что-то проворчал и оглядел меня с головы до ног. Я в долгу не остался. Снэйк перещеголял даже Чейна. Волос он не стриг с тех пор, как ушел из армии, борода торчала клочьями. Вряд ли он часто мылся и менял одежду. Штаны были заляпаны причудливыми разноцветными пятнами. - Слышал, - подтвердил он. - Что-нибудь нашел? Снэйк проворчал что-то. Это означало "нет". Я взглянул на тушу. - Некрупная особь, а? - Олененок, - ответил Снэйк, - только начал линять. Однако. Зачем браконьеру олененок, если ему нужно мясо, а звери здесь не пугливы? Он скорей убьет оленя покрупней. Я внимательно осмотрел тушу. Я не разглядывал дичь уже лет десять, но видно было, что работал дилетант, который никогда не делал этого сам, а лишь видел, как делают другие.

- О сегодняшнем патруле. Был у вас определенный план? Распределение обязанностей?

- Ты о маршруте? Был, - ответил Питерс. - Маршруты наметили таким образом, чтобы четыре человека могли проконтролировать всю территорию. Я не совсем это имел в виду, но спросить точнее не мог - из боязни выдать больше, чем хотел. - Где был Хокес, когда это произошло? - Там, выше. Я пошел за Питерсом. Место преступления сразу бросалось в глаза: Хокес, упав, цеплялся за траву. Он потерял порядочно крови, и глупые мухи вместо того, чтобы лететь кормиться на золотую жилу - оленью тушу в кустах, облепили место, где он упал. Да, Хокес упал шагах в ста от оленя. С такого расстояния не промазал бы даже слепой лучник. Я отыскал след Хокеса и прошел по нему до того места, где он оборвался.