- Здесь, полагаю, он затрубил в рог. Потом спустился вниз и остановился второй раз. - И тут браконьер уложил его. Во всяком случае, кто-то сделал это. - Когда это произошло? - Около девяти. - Ага. - Тот олененок умер гораздо раньше. Я вернулся вниз, Снэйк по-прежнему стоял, уставившись на тушу. - Тебя что-то смущает? - спросил я.

- Кому понадобился маленький олененок? - проворчал он. Его не волновало, что старый товарищ лежит поверженный со стрелой в груди. Он оплакивал олененка. Я снова осмотрел тушу, но смертельной раны не обнаружил. - В ней была стрела? - Нет. Снэйк явно не страдал излишней болтливостью. Дерево, на котором повис олененок, росло в нескольких шагах от края небольшого, футов триста, лесочка, за ним начинался ручей. Я пошел вниз по склону, поглядывая по сторонам в поисках следов разбойника. И нашел. Некто в страшной спешке продирался сквозь заросли. Оно и понятно: он только что подстрелил парня и боялся, что вот-вот появятся его товарищи. Питерс шел за мной. - Каждый маршрут был подробно разработан? - спросил я. Он удивленно нахмурился.

- Нет, мы просто разъехались в разные стороны, чтобы не топтаться всем сразу на одном пятачке. Значит, снайпер шел не за кем-то определенным, ему был нужен любой. Если допустить, что стрелу пустил не запаниковавший браконьер, а человек, специально устроивший эту ловушку. Я не сомневался - второй раз Хокес остановился потому, что увидел когото знакомого. Он застыл на месте, он колебался, с чего бы ему еще останавливаться? Тот человек и есть убийца. Понял ли это Питерс? Он ведь далеко не глуп. - Вы ладите с соседями? - Мы их игнорируем, они нас. Многие нас боятся. Я бы тоже боялся. Шагов через пятьдесят снайпер немного успокоился. Он свернул на старую звериную тропу. Здесь следы были видны плохо - слишком много листьев под ногами, но я различал путь, по которому он уходил: там листья были примяты. - У вас есть собаки? Если нет, где их достать? - Следопыты? Нет. Звериная тропа вывела нас к ручью. Здесь была развилка. Одна дорожка шла через ручей, другая - вдоль по берегу. Убийца выбрал последнюю. Через тридцать футов тропинка ушла в широкий, мелкий рукав ручья с песочным дном. И не вышла с другой стороны. - Я потерял след.