- Нет, - возразил Токоннен. - Подожди. Прошу тебя, подожди.

Некоторое время он молчал, молчали и его воины.

- То, что ты сказал нам... Мы должны знать все до конца. Расскажи, землянин.

После того как Жуан радировал на базу, что все в порядке, там перестали беспокоиться и все занялись своими делами. Работать весь шестидесятичасовой день было невозможно, да никто и не пытался. Незадолго до полночи дела были завершены, и настало время отдыха. Четверо сотрудников занялись подготовкой рождественского приветствия ожидаемому кораблю.

Когда люди начали работать снаружи, вокруг стали собираться заинтригованные жители Дахии. Они высыпали на рыночную площадь и молча наблюдали за действиями землян. Овербек тоже вышел "на улицу", чтобы, в свою очередь, посмотреть на аборигенов. Прежде ничего подобного здесь не случалось.

Дерево установили прямо на каменных плитах, которыми была выложена площадь. Его прямые ветки и жесткая листва даже отдаленно не напоминали земную елку, но это были пустяки. Увешанное самодельными украшениями и гирляндами огней, которые Китсон смастерил из запчастей к электронным приборам, оно выглядело очень нарядно. Перед деревом установили декорацию, сконструированную Жуаном. Взошедшая луна, мощные звезды Плеяд и сверкающая вуаль туманности освещали все это морозным блеском.

Китсон и Гупта занимались оформлением, а Ногуши и Сарычев, у которых были вполне приличные голоса, репетировали. Они пели, и дыхание белым облачком застывало в воздухе:

О, маленький город Вифлеем,

Как тих ты и спокоен...

Приглушенные возгласы вырвались у жителей Дахии, когда Жуан посадил свой флайер: следом за ним из кабины на землю спрыгнул абориген в стальной кирасе. Овербек, предупрежденный Жуаном по радио, был готов к этому и сделал знак Раффеку, представителю Старейшин. Человек и айвенгианец вместе подошли приветствовать вновь прибывших.

Токоннен произнес:

- Видимо, мы не правильно поняли ваши намерения, жители города. Так сказал мне землянин.