Больше там ничего не было, но и этого хватило, чтобы понять: Морган угрожает моему учителю. Из-за чего весь сыр-бор? Ведьмак что-то отнял у Моргана? Что-то, по праву тому принадлежавшее? У меня в голове не укладывалось, чтобы Ведьмак мог что-либо украсть. Это совсем не похоже на него. Бессмыслица какая-то.

Мои раздумья прервал оклик Ведьмака:

— Хватит валандаться, парень! Что ты там застрял? Только бы время зря тратить, а у нас ведь каждая минута светлого времени на счету!

Я скомкал бумагу, бросил ее обратно в очаг, подхватил свой посох и побежал к двери. Алиса уже была снаружи, но Ведьмак стоял в дверном проеме с нашими дорожными мешками у ног и встретил меня таким взглядом, будто подозревал недоброе. Мы упаковали не так уж много вещей, но оба мешка предстояло нести мне.

К этому времени благодаря Ведьмаку у меня уже имелся собственный походный мешок, хотя пока заполнить его было особенно нечем. Серебряная цепь, которую подарила мне мама, трутница — прощальный подарок папы, мои записные книжки, немного одежды — вот и все. Некоторые носки были штопаны-перештопаны, зато Ведьмак купил мне зимнюю куртку из овчины, и я надел ее под плащ. Был у меня и собственный посох — новенький, учитель сам вырезал его из рябины, которая очень хороша против большинства ведьм.

И что бы там Ведьмак ни говорил про Алису, на одежду ей он не поскупился. На ней тоже было новое зимнее пальто, черное, шерстяное, доходящее почти до щиколоток и с капюшоном — чтобы уши не мерзли.

Самого Ведьмака холод, похоже, не сильно беспокоил, и он был все в том же плаще с капюшоном, в каком ходил весной и летом. В последние месяцы его здоровье слегка пошатнулось, но сейчас он вроде бы поправился и выглядел таким же крепким, как прежде.

Он запер за нами дверь и быстро зашагал, щурясь от зимнего солнца. Я подхватил оба мешка и двинулся следом, Алиса за мной.

— Кстати, парень, — бросил Ведьмак через плечо, — по дороге мы заскочим на ферму твоего отца. Он должен мне десять последних гиней за твое обучение!