- Учитель, значит, это ты усыпил меня, наставляя на Путь! - горячо воскликнул я.

- Клянусь небесами, всего только шел мимо и увидел тебя лежащим здесь, на берегу,- ответил старик, намеренно сокрушавший всякую опору моих здравых рассуждений, как только я находил в своем прошлом опыте то, что могло послужить такой опорой.

Некоторое время мы просидели в молчании. Огонек на углях медленно угасал, точно засыпая, и ночь все крепче охватывала мои члены мертвенным холодом.

Теперь я был утомлен и подавлен сильнее, чем после безуспешной схватки с облаченным в доспехи великаном. С какой стороны не подступал к делу, все получалось, что я -- не более, чем безымянный Никто, не имеющий никакого значения под Небесами.

- Учитель, можешь ли ты хотя бы сказать мне, как я выгляжу,- обратился я к дервишу, явно отвлекая его от углубленной молитвы,- на какое племя похож и какой возраст мне можно дать?

- Темно. Утром посмотрим,- недовольно ответил старик и вновь погрузился в свое священное бормотание.

Я свернулся на боку, чувствуя себя бездомной, брошенной хозяином собакой и подумал: "Стоит поскорее заснуть, чтобы очнуться в каком-нибудь другом месте". Юность быстро забывает страхи и тяготится недостатком разнообразия, хотя бы и совершенно пустопорожнего.

Не успел я закрыть глаза, как один из угольков сердито затрещал и вспыхнул напоследок ярким язычком, и мне показалось, что от реки блеснула ему в ответ золотая монетка.

"Неужто динар!" - живо очнулся я, но память едва слышным, робким шепотом, будто стыдясь того, что к ней потеряно всякое доверие, подсказала кое-что поважнее денег.

Я вскочил на ноги, потом, стараясь не привлекать к себе внимания старика-дервиша, подхватил уголек пальцами, бросил его в чашку и побежал к воде.

Возложив последнюю надежду на свой глазомер, я выкатил уголек из чашки на высокий, плоский камень я стал осторожно раздувать алое пятнышко. Оно сделалось ярче, осветило мир вокруг себя всего на одну ладонь. Я, как шакал, вперился во тьму, качнулся вправо, потом влево, и вот обетованный динар снова сверкнул передо мной путеводной звездою. Оставалось сделать всего один шаг и протянуть руку.