Бергитте мотнула головой, и её доходящая до пояса золотистая коса закачалась из стороны в сторону. Сквозь узы все ещё просачивалось неудовольствие, но вместе с ним Илэйн ощутила и согласие. Да, у Бергитте был весьма странный взгляд на отношения Стража и Айз Седай, но всё же она научилась определять, когда на Илэйн бесполезно оказывать давление. Например, как в случае с титулом. И командованием Гвардией. И рядом других, менее значительных вопросов.

Дайлин слегка склонила голову и едва заметно присела - это могло бы сойти за реверанс, не будь её лицо каменным. Не следовало забывать, что многие желали видеть на Львином Троне не Илэйн Траканд, а именно Дайлин Таравин. Пока от этой женщины не было ничего, кроме пользы, но прошло ещё так мало времени... Может, она просто ждет, пока ты допустишь какую-нибудь серьёзную оплошность, чтобы затем выйти на сцену, "спасая" Андор? - шептал порой в голове у Илэйн вкрадчивый голос. Что ж, кто-нибудь достаточно коварный и расчётливый вполне мог попытаться пойти по этому пути и даже преуспеть в осуществлении своего замысла.

Илэйн подняла руку, чтобы потереть висок, сделав при этом вид, будто поправляет причёску. Сплошная подозрительность, так мало взаимного доверия... С тех пор, как она, отправившись в Тар Валон, покинула Кэймлин, Игра Домов успела основательно заразить Андор. Илэйн была весьма признательна Айз Седай: за время, проведённое среди них, она научилась не только обращению с Силой; для большинства сестёр Даэсс Дэй'мар была так же естественна, как дыхание. Не менее благодарна она была и наставлениям Тома. Не будь всего этого, она бы не продержалась после своего возвращения так долго. О, Свет, только бы с Томом всё было в порядке! Лишь бы он, Мэт и остальные ускользнули от Шончан и были на пути в Кэймлин! Каждый день с тех пор, как она покинула Эбу Дар, Илэйн молилась об этом. На что-то большее, чем эта краткая мольба, у неё просто не было времени.

Сев в кресло, стоящее в центре дуги, - кресло Королевы - она постаралась принять подобающий королеве вид: спина гордо выпрямлена, свободная рука покоится на резном подлокотнике.