– А теперь, – начал мистер Густошерст, – расскажите, девочки, как вы здесь очутились.

– Только после горячего ужина, – твердо заявила миссис Густошерстка и налила в семь глиняных мисок сливочно-белого овощного рагу.

– Вы знаете саламандру по имени Дэнни Нова? – спросила я, надеясь, что Дэнни не соврал и назвался своим настоящим именем.

– Нова? – переспросил мистер Густошерст и почесал черную бороду. – По дороге на Глумсбери живет парочка саламандр по фамилии Нова, не так ли, миссис Густошерстка?

– Да, живут, кажется, – отозвалась хозяйка, наливая мужу в кружку холодного сидра. – Но я не слыхала, чтобы среди них был Дэнни. Это имя вообще не саламандровое. – Кстати, в Брэмблтоне тоже когда-то жил один Нова, – добавил мистер Густошерст. – Не знаю, там он сейчас или нет. И еще один в Верхнем Смитвелле.

Я пала духом.

– Значит, Нова – распространенная фамилия?

– Ну, не такая частая, как Люкс или Стелла, но довольно обычная.

– Тот, которого я ищу, примерно вот такого роста, у него… – начала я и тут же поняла, как это бессмысленно – давать описание существа, способного менять форму. «Саламандры способны принять любой облик», – сказал Оракул. Бесполезно рассказывать про его каштановые волосы и ярко-синие глаза. «Какой ужас, – подумала я. – Нам никогда его не найти!» Я всхлипнула, стараясь сдержать слезы отчаяния.

Мягкая, покрытая белой шерсткой рука потрепала меня по плечу.

– Ну полно, полно, ягненочек, не плачь, – успокаивающе сказала миссис Густошерстка. – Все будет хорошо. Вот увидишь. А зачем вам нужен этот Нова?

На руке, поглаживающей меня, было всего четыре пальца, и такой она была от природы. От ее вида вся окружающая обстановка стала вдруг казаться какой-то игрушечной. Но доброта женщины была неподдельной.

– Он… Я потеряла… Он украл… – у меня не было сил продолжать.

– Украл что-то у тебя? – в темных глазах блестело сочувствие. – Почти все саламандры – хорошие существа. Правда, немного… безалаберные. И без них нам не прожить. Не забывай об этом! Но если они видят вещь, которая им нравится… они не такие, как мы. Надеюсь, ты найдешь свою потерю, ягненочек.