Те же из курсантов, кто не забивал себе голову сердечными переживаниями, просто расслаблялись, наблюдая за обитателями океана, перегнувшись через фальшборт. Параллельно курсу корабля то и дело выпрыгивали из воды какие-то рыбы. Неподалеку от курсантов боцман и несколько офицеров курили, расположившись полукругом.

В это время кавторанг Стенин сидел в глубоком кресле командирской каюты, погрузившись в размышления. Перед ним на столе лежал открытый судовой журнал, и командир то и дело делал какие-то пометки. В каюте было относительно прохладно, так что Стенин чувствовал себя комфортно. Но его клонило в сон: морской воздух и жаркое экваториальное солнце действовали сегодня как снотворное. Естественно, что поддаться такому соблазну командир никак не мог. Поэтому он поднялся, налил из графина, стоящего на столике, прохладной воды и принялся расхаживать взад-вперед по каюте, поглядывая в иллюминатор.

Плавпрактика курсантов подходила к концу. Паруснику осталось преодолеть несколько проливов, Красное, Средиземное и Мраморное моря, и они окажутся в Черном море, а там – прямым курсом на Новороссийск. Кавторанг размышлял о том, что за проведенное вместе время он уже успел породниться с курсантами. Они оказались довольно смышлеными и неглупыми ребятами, у которых имелись все перспективы в будущем стать настоящими, матерыми морскими волками.

Внезапный стук в дверь вывел командира из задумчивого состояния. В проеме показалась фигура вахтенного. Мичман быстро прошел в каюту и, плотно прикрыв за собой дверь, отрапортовал:

– Товарищ командир, в нескольких кабельтовых от нас обнаружен подозрительный мотобот.

– Это все? – сухо поинтересовался Стенин. Он глядел в упор на мичмана, чувствуя по его тону, что тот озабочен этим объектом.