– Белые! – подхватила жена. – Да сколько!

Громушкин сделал шаг и чуть не раздавил здоровый боровик. Наклонился, сорвал – чистый! А рядом… Рядом еще один и целая колония мелких, крепеньких – такие мариновать…

– Их тут миллион! – кричала дочь. – Папа, а мы корзинки не взяли.

– Сними юбку и собирай в нее, – откликнулась мать. – Вот, давай я завяжу подол, будет мешок.

Сама она была уже раздета, без халата, в одном белье. А халат, превращенный в тару, наполнялся грибами. Громушкин, крякнув, стащил футболку с надписью DIGITAL и тоже принялся наполнять, ругая себя, что не захватил ножа – обрезать грибы. Хотя кто мог думать про грибы, забираясь в Машину?

– Брать только белые! – крикнул он.

– А у меня тут такие подосиновички, прелесть! – отозвалась Юлька. – Не брошу!

Голосок ее доносился уже издалека, и отец забеспокоился.

– Иди сюда. Заблудишься, слышишь?

– Иду-у! – Отозвалась послушная дочь. – Мне и так уже класть некуда.

Из-за куста появилась жена в трико и бюстгальтере. На плече она несла здоровый мешок.

– Ну, затоварились… – она опустила мешок на землю. – Теперь до ночи чистить – не перечистить. Крупные пожарим, а мелочь…

– Да погоди ты! – вдруг обозлился Громушкин. – Надо сперва домой попасть. А то будем тут куковать на пустом месте. Черт ее знает, Машину эту…

Они поднялись к поляне. Машина стояла там, где ее оставили.

– Заходи в кабину! – велел он своим. – Да мешки кладите аккуратно, помнете.

Все же хозяйственник в нем жил и в такой напряженный момент. Все трое втиснулись в кабину, закрыли дверь, и Громушкин стал внимательно рассматривать кнопки, "вкл"…

– А на эту ты нажимала? – спросил он жену, не притрагиваясь, однако, к кнопке.

– А как же! Сперва на нее, а потом… потом уж не помню… – ответила та виновато.

– Бестолочь, – констатировал муж. И добавил: – Вот тут есть еще "назад". Попробуем…