— Хорошо если только звонка. Встретит ночью… Впрочем, мы по ночам не шляемся. Слава богу, сделали правильный выбор профессии, повезло. И Тамарке повезло. Валяется в реанимации под присмотром. Слушай, а не пора ли нам на выход?

Мы немного постояли молча, Наталья покосилась на мои гвоздики, еще раз взглянула на фотографию Анны Марковны, но ничего не сказала. Перевела глаза на большое фото Владимира, запаянное в пластик, и тихо вздохнула. А я почему-то подумала, что в жизни все заранее расписано. Доведись Наташке сочетаться законным браком с Кирилловым, мы бы с ней никогда не встретились.

— Знаешь, мне недавно Ольга сказала, что нам с Володькой изначально не суждено было быть вместе, — еще раз вздохнула подруга, держа меня под руку. Мы направлялись к выходу. — Что-то там планеты, вращаясь, нахимичили. Получается, ни он, ни я ни в чем не виноваты. Так на роду написано…

Мы шли довольно быстро, все время казалось, что кто-то следует по пятам. Несколько раз оборачивались, убеждаясь в несостоятельности подозрений. Просто у страха глаза слишком велики. Нескольким женщинам, убиравшимся у могил своих покойных родных, мы были совершенно не интересны.

За воротами кладбища небольшая кучка народу что-то оживленно обсуждала. Какая-то женщина причитала, но ее причитания забивал общий гомон. В середине толпы, надо думать, находился покойник.

— Совсем очумели! — достаточно громко заявила подруга. — Скоро будут провожать в последний путь как на праздник.

— Может, у них покойник воскрес? — неуверенно предположила я. — Теперь не знают, что с ним делать дальше.

— Нет проблем. Если еще при жизни всех достал или наследнички уже руки потирали от радости, посоветуют не хулиганить и идти своим путем дальше, — отмахнулась Наташка, — а если…

Другой вариант она не озвучила, ибо в этот момент к воротам подкатила реанимационная машина «скорой помощи». Из нее выскочили два человека в форменной одежде и бросились к толпе. Люди торопливо расступались.