– Надувательство. Да.

– Это вас не беспокоит?

– Не особо. – Артур указал на место, где сидела плакавшая женщина. – Вы думаете, эта Барбара на самом деле хочет услышать, что ее сын разогнался и разбил мотоцикл, потому что она – назойливая гарпия, а ее муж – самовлюбленный тиран? Сомневаюсь.

– Вы это знаете наверняка?

– Я исхожу из того, что она мне сама рассказала. Начинаешь хорошо разбираться в таких вещах, играя в предсказателя судьбы. Я говорю то, что они хотят услышать; в любом случае, им это нравится больше, чем правда.

– Значит, вы не контактировали с мертвыми в течение... какого времени?

– О, должно быть, по меньшей мере шести лет.

– И вы не имели представления о том, что Джереми Уитман и другие были убиты?

Маккорд покачал головой.

Натали приблизилась к нему.

– Артур, подумай, не знаешь ли ты кого-нибудь, кто бы хотел нас убить?

– Слишком многих, – фыркнул фиол. – Хотя большинство из них должны быть за решеткой. Вы проверили досрочные освобождения и побеги? – спросил он Дэна.

– Одна из наших первых идей. Мы пока еще ничего не обнаружили, но продолжаем искать.

– Может, это не тот, кого мы поймали, – предположила Натали. – Может, это тот, кто не хочет быть пойманным. Все убитые фиолы посещали Школу. Возможно, мы знаем что-то, чего убийца не хочет нам сообщить.

– Да, это место сыграло свою роль в грязных трюках, видит Бог, – пробормотал Маккорд. – Обманом и уговорами заставлять людей продавать своих детей в рабство... Я удивляюсь, что родители не разнесли ее на части, кирпич за кирпичом. Как выглядит ваш подозреваемый?

– Никто не может этого сказать, – признал Дэн. – Когда бы он ни убивал, он всегда в маске и ничего не говорит.

– Хотя у него могут быть светлые вьющиеся волосы и густые усы, – добавила Натали. – И голубые глаза. Последняя жертва видела его в Школе. Около шести футов, 180 фунтов. Под тридцать либо чуть старше.