— Чего им надо?

— У них кончилась еда и вода.

— Убери ствол и скажи им, что сейчас они смогут поесть.

— А ребёнок?

— А грудь ей зачем?! — обиделся Трилариан и пошёл к Дрону, оставив Мауса разбираться с лишними ртами.

— Вот ведь, — недовольно проворчал Дрон, нарезая пару картофелин в котелок. Там уже плескалось содержимое пяти сплайновских сухпайков — простой вермишели быстрого приготовления. Как водится, вермишель вся пошла в котёл, и приправы из пакета тоже, но масло Дрон выкинул — есть его — значит обрекать себя на медленную смерть. У спалйнов вся еда частично отравлена на случай захвата оной противником. Сами-то они в этом деле шарят и не окочурятся, а вот врага какого так вот, исподтишка, убить — запросто. Дрон для пущего колориту и вкусу добавил в варево пару картофелин, что купили в том городке, который посетили уж с неделю назад, и куда теперь снова направлялись:

— Я не понимаю этого Мауса — припёр с собой спланов! Да они могут быть кем угодно: от простых шпионов и до банальных убийц.

— Экая ты, Дрон, цаца! — Трилариан сидел рядом с костром, зорко поглядывая на сидящих в стороне незваных гостей и Мауса. Они о чём-то оживлённо беседовали:

— Ты не такая важная птица, чтобы за тобой посылали разведку или подсылали убийц!

— А если они не по нашу душу, а в городок какой хотят попасть? С нами им намного сподручней это сделать! А там — уж что им приказали чужие! — Дрон отношения своего не изменил, продолжая кипятиться.

— Ничего они не сделают.

— Почему ты, Трил, так в этом уверен?

— Увидишь, — Трилариан встал и пошёл в сторону Мауса.

— Если я подсяду, ничего? — спросил Трилариан по-русски, так что его понял только Маус, но при этом поглядывая на сплайнов. Тела у них ладные, красивые, даже усталость и треволнения последних скитаний не портили неземную красоту их лиц. Неземную — это потому, что чужие после первых своих столкновений с людьми взяли в качестве трофеев образцы тканей человека, и кому-то там у них взбрело в голову, что было бы здорово воевать с людьми их же руками: начали клонировать людей себе в помощь, слегка подправив генетический код — убогие и калеки им были ни к чему — да обучали их нужным вещам.