Последняя улыбка, сигнал взмахом руки оператору, плавная остановка кабинок, щелчок замков. Тогда и появляется бархатный мешочек. Появляется лишь для короткого путешествия до сервисной будки, чтобы до утра упокоиться на личном крючке. Мгновенный взгляд дежурного: все мешки на месте, ряд заполнен, атракион закрыт, беспокоиться не о чем.

Я уже видел свой ряд. Мешочек Оливии, как обычно, висел впереди всех. Затем красовался мешочек Мелани с вплетенной в шнурок красной ленточкой. Рядом приткнулся опознавательный знак Стефани. Пустыми оставались лишь два последних крючка: мой, да еще куда-то запропастился Роман.

"Индийские виражи". Вроде бы ничего особенного. Мишура. Иллюзии. Но мы дорого платим за иллюзии, способные хотя бы на несколько минут вытеснить окружающую реальность. Наивысшую силу миражи имеют в последние минуты работы, когда сумерки опускаются к самой земле.

Тогда и появилась та троица. Пацанчики уже успели набраться и по каким-то неведомым причинам очень, очень, очень сильно обозлиться на окружающий мир. Прищуренные глаза сверлили нехорошими взглядами плавно перетекающую толпу. Но люди, опьяненные творящимся вокруг праздником, не замечали тех взглядов. А невнимание подхлетывало троицу. Злость, подогреваемая обидой, вскипала и готовилась выплеснуться. Опасность нарастала. Хотя, может, тогда мне все это просто казалось. Может, ничего бы и не произошло. Совсем ничего, если бы троица просто покинула парк и раскокала бы от избытка чувств пару виртрин центрального проспекта. Но на пути троицы оказался атракцион, на котором мы работали. Мой атракцион.

Если бы я не обернулся...

Если бы дверь уже была закрыта...

"О! - сказал низенький и неказистый, скользнув взглядом по волнистым изгибам конструкции, обшитой в пластик с голубыми и фиолетовыми молниями, Клевая хата! Здесь и перепихнемся." Двое разом кивнули. Возможно, им некуда было идти. Хотя скорее наоборот, им все равно где было остаться.