—        А если тебя спросят об этом на защите?

Следующие полчаса были посвящены осуждению чародеек-недоучек, которые скверно знают «Курс новейшей истории шабашей», глава 16, «Весенний канун».

—        И все равно я не понимаю, — сказала бывшая ведьма, в ближайшей перспективе — магистр Высокой Науки с дипломом, когда выговор закончился. — Канун весенний, а сейчас — вторая половина лета...

Венатор отставил в сторону кувшин с водой. И взял второй кувшин, поменьше: с красным «Ла Морте». Он обычно не пил с утра, но беседа стала его утомлять,

—        Перенесли, — пожал он плечами. Пальцы нервно теребили пояс халата, завязывая и распуская хитрые узлы. — По согласованию с астрологической комиссией Коллегиума Волхвования. Говорят, звезды невпопад сложились.

—        Вот! Звезды!..

—        Слушай, мне-то какая разница: весна, лето? Летом даже лучше. Дождей нет, дороги сухие...

—        Дороги сухие! А я тут измаюсь, зная, что ты там — один!

—        Почему один? Нас будет двенадцать: лучших из лучших. Чётная Дюжина — это тоже традиция. Перед началом Вальпургиалий курфюрст Брокенгарцекий рассылает приглашения известным венаторам. Где просит — заметь, дорогая, курфюрст просит — прибыть для обеспечения безопасности мирного населения. Естественно, мы прибываем и обеспечиваем.

—        Мы? Ты же сказал, что едешь туда впервые!

«Возлюбленных все убивают», — вспомнил Фортунат строчку из баллады Адальберта Меморандума, народного ятрийского поэта. Дальше в балладе чеканным ямбом перечислялись различные способы убийства с вариациями.

—        Я такого не говорил. Я числился в Чётной Дюжине VIII и IX Вальпургиалии! Плечом к плечу с Гарпагоном Угрюмцем, моим учителем, и великим Тильбертом Люстеркой! С братьями-близнецами Нильсом и Йоханом ван Хейзингами! Между прочим, я был единственным, кто отличал.Нильса от Йохана. А потом обо мне забыли! И лишь сейчас, как я и сказал тебе в начале...