- У нас магазин близко. Минут двадцать - тридцать.

- А не мог он где-нибудь выпить, забежать, скажем, к приятелю?

- Что вы! Мы ведь ждали... А для него было делом чести принести бутылку, чтобы не только гости ставили. Особенно от Катерины ничего не хотел брать...

- А в магазине... Вы имеете в виду ларек по дороге к метро? Там ведь продают в розлив. И он мог пропустить стаканчик...

- Что вы! У Бореньки было денег ровно на бутылку портвейна. И ни копейки больше.

- Но его могли угостить.

- Нас тут никто не угощал. Не те люди живут... Только бандит Крапивцев... угостил его навек!..

Глаза Таисии Григорьевны снова наполнились слезами.

- Успокойтесь, - попросил Коваль. - Лучше расскажите о том вечере по порядку. Когда пришли гости, как уселись за стол, что пили, ели... Значит, приехала сестра с дочерью и земляк Андрей Гаврилович...

- Да, - кивнула Таисия Григорьевна. - Только Катруся приехала сначала без Джейн, с Андреем Гавриловичем.

- Ваш муж, Борис Сергеевич, в это время был дома?

- Да. Потом вдруг появилась Джейн.

- Искала мать?

- Нет. Прибежала напиться, с пляжа. А когда увидела мать, то обрадовалась. Спросила: "Тебе лучше?"

- Значит, беседовали, выпивали. Кто-нибудь еще заходил?

- Больше никого не было.

- А долго вы сидели?

- Порядком.

- Кроме Бориса Сергеевича, никто не выходил?

- Нет. Потом мы все вышли на свежий воздух... в сад.

- И муж тоже?

- Боренька? - Таисия Григорьевна задумалась. - Боренька? - спрашивала она себя. - А как же! Вот, правда, в саду не припоминаю... Но, наверное, был...

- А Крапивцев в тот день не приходил к вам?

- Нет.

- Возможно, когда вы были в саду, сосед зашел к Борису Сергеевичу?

- Крапивцев у нас вообще редко показывался. Раза три-четыре всего...

Коваль пока еще вслепую пробирался к цели. Лишь отдельные незначительные детали вызывали у него вспышку озарения.