— Чукето! — восклицает Люси.

Чукето — это умереть и не встать по-корейски. Обычная поговорка Люси моих времен. Мое сердце опять сладко екает.

— Ты с этим поосторожней, — говорю я Сэму. — Не дай бог Гимона Джофер заявится.

— Плевал я на Джофера! — заявляет Сэм.

Несколько человек прислушиваются к нашему разговору. Имя Джофера здесь на слуху.

Мне становится страшно и одиноко. Люси уйдет, и я снова останусь один на один со своими проблемами, осенним ветром и этим мальцом. А ведь я стар и мне грустно.

— Ладно, говори, сколько хочешь, и уходи, — шепчу я. — Такие дела в кафе не делаются.

Хотя покупать и торговать военными наградами никто не запрещает, но существует старый-престарый американский закон об охране памятников, который никто не отменял. Если докажут, что ты причастен к разграблению национальных святынь, то три года тебе обеспечены. Главное доказать, потому что никто уже не помнил этих святынь. Даже как они выглядят. Это как традиции, которые постепенно забываются и которые уже для нашего поколения ничего не значат. Ты можешь заявить, что нашел медаль на свалке или купил у бездомного. Мало ли отмазок. Поэтому власти смотрят на наш бизнес сквозь пальцы. И еще не было случая, чтобы кого-то отправили за решетку.

Сэм выкладывает медали на стол и загораживает от публики чашками с кофе.

Медаль времен американо-испанской войны очень старая. Такая старая, что похоже на красное золото. Пожалуй, чуть-чуть темнее. С одной стороны изображена крепость с башней, над которой развивается флаг, а с другой — имя награжденного — Фрэнк Дэвенпорт. 'Бронзовая звезда' действительно бронзовая с зеленоватой патиной между лучами. Красная ленточка с синей полосой в середине заметно выцвела. Но это только прибавляет ценность медали. Самая дорогая — 'Пурпурное сердце'. И не потому что в центре на темно-синей эмали помещен профиль Джорджа Вашингтона, и не потому что медаль сделана из золота, а потому что 'Пурпурным сердцем' главная награда той страны, которая когда-то была здесь. Лиловая ленточка тоже заметно полиняла.