— Привет, Влад! — славно улыбаясь, сказала она звонким голосом.

— Здравствуй, Машенька! Мне бы две "семерки" да шашлык.

Аппетита не было, но во время запоя главное — есть мясо.

— Опять пиво с утра пьешь? — она опять улыбнулась с задоринкой в глазах.

— Есть немного, — виновато протянул я.

Она растворилась в дверях вагончика. А я прикурил сигарету. Вскоре Маша принесла холодное пиво. Я поблагодарил, поймав понимающий взгляд, вскрыл первую жестянку, сделал два жадных глотка. Сразу же стало легче. В груди повеяло прохладой. Мозги начали оживать. Монотонная тягучая мелодия азербайджанцев уже не казалась противной. Я сделал еще два больших глотка. Кровь стала теплеть. Я сделал еще несколько глотков. Появился аппетит. Ну что ж, сказал я себе с ухмылкой, теперь перед вами, господа, нормальный Влад Негин, вполне пришедший в себя тип. Южная мелодия сделалась приятной. Под ее размеренное течение я вдруг начал вспоминать иное кафе. В том далеком южном городке, где мы с Мариной…

— Влад, ты ли это? — услышал я за спиной отдаленно знакомый голос.

И оглянулся.

Надо мной стоял Сергей Толстоногов, бывший одноклассник, которого я не видел лет сто, наверное. Овальное лицо его, ясно, давно повзрослело, но все равно было легко узнаваемо. Лишь слегка округлилось, подрумянилось, и весь он какой-то стал слащавый. В те далекие школьные годы, честно сказать, я недолюбливал его. Мы тогда и общались мало.

— А, Серега! — с притворной радостью воскликнул я и протянул руку.

— Какими судьбами? — банально спросил он, бесцеремонно присаживаясь за мой столик.

— Да вот, сижу, пиво пью, — заметил я, изучающе оглядывая Сергея. — Будешь?

— Ну, как же. Выпью баночку с тобой-то. За одной партой ведь сидели, — сказал Сергей.