В дверь постучали.

— Кого еще черт несет?! — крикнул старший опер.

Лейтенант уже открывал дверь.

— Товарищ полковник…

Замначуправления кивнул. Высоченный, крутой мужик, родом из ближнего Подмосковья. Биография его была известна. Попал он в милицию по чистой случайности. После дембеля. Рядовым. Закончив тогдашнюю Высшую Школу МВД, сразу пришел в ГУВД и оказался ко двору. А дальше — попер и попер… Без блата, на одном умении жить. Да еще на увлечении, которое, как никакие другие, даже легче, чем теннис, открывает путь в общество избранных, обеспечивает продвижение по службе — на страсти к охоте…

Полковник теперь курировал раскрытие преступлений, имеющих общественный резонанс.

— Ловягин. Иди-ка сюда.

— Вот он я!

Они уединились в кухне.

От полковника слегка потягивало перегаром.

Косивший под дурня или под юродивого, с которого нет спроса, старший опер мгновенно уловил его, спросил фамильярно:

— Коньячку откушали вчера, Семен Иванович? А, как насчет опохмелиться? А то здесь есть. Но только китайская. С жень-шенем…

— Да ну с их отравой… Как дело? Зацепки есть?

— Пока нет. Собака потеряла след недалеко у подъезда. Скорее всеего, тут стояла машина…

— Свидетели?

— Пока нет. Участковый и оперативники обходят соседей. Может, кто-нибудь видел…

— Это мы уже проходили.

— Участовый очень надеялся на одного. Тот ему уже помог однажды. Инвалид. У окна все время сидит…

— У тебя есть что?

Ловягин один за другим продемонстрировал пустые холодильники.

— Не для продуктов же такие камеры…

Старший опер говорил намеренно хрипло. Отрывисто. Таким, как этот мужик, надо подавать себя нахрапистым, сильным. Демонстрировать, что знаешь, чего ты добиваешься: иначе, конец… Потом про тебя и не вспомнят!

Полковника тоже заинтересовала необычная для кухни техника с программным компьютерным обеспечением.