- Это здесь, - сказал Гурий, указывая на дом, оттяпавший высшую точку Пеников.

Дом Гурия (ничем, впрочем, не отличающийся от соседних) подпирал редкий штакетник. За штакетником виднелись теплица, загончик с поросенком, старый яблоневый сад, с десяток рассудительных куриц и грядки с зеленью. На одной из грядок копошилась пожилая женщина.

Гурий не произнес больше ни слова.

Ни "спасибо", ни "до свидания", ни даже сакраментального "вы меня убили". Он вылез из машины и скрылся в калитке. На Лену он ни разу не оглянулся. Ну что ж, тем лучше, тягостная история с наездом подошла к своему логическому завершению, арриведерчи, Пеники!.. Но стоило ей только дернуться с места, как в багажнике что-то загрохотало: это напомнил о себе велосипед. Велосипед, о котором обидчивый придурок позабыл напрочь. Чертыхаясь и проклиная свою горькую судьбу, Лена вылезла из машины, подхватила велосипед и направилась к штакетнику. Сейчас она швырнет эту груду железа на доски, и инцидент будет исчерпан. Она навсегда забудет о деревне Пеники. И о раскуроченной ею яхте. И о Гурии, будь он неладен!

Но легко отделаться от Пеников не удалось. Пожилая женщина, еще секунду назад сосредоточенно копавшаяся в огороде, уже открывала калитку.

- Здравствуйте, - женщина обнажила бледно-розовые десны в самой радушной улыбке. - А я слышу, вроде машина подъехала... Это вы Гурия привезли?

- Да, - призналась Лена. - Это я.

Женщина обшарила Лену взглядом и улыбнулась еще шире.

- Что ж не заходите?

- Я, собственно...

- Отец! - зычным, хорошо поставленным голосом корабельного боцмана крикнула женщина. - Отец! Гости к нам, а ты возишься!

- ??

- Я - мама Гурия, Клавдия Петровна.

А тебя как зовут, деточка? - мать Гурия шла на сближение семимильными шагами.