Борьба с буграми измотала его, но он был доволен, что все-таки одолел их, и не разу не остановился и не завалился, и хотя проехал не очень красиво, но по этому плечу мало кто проезжает красиво, потому как это очень трудный и самый неприятный участок. Внизу стоял тренер в паралоновых штанах с красным флагом в руках. Он кричал на своих спортсменов и кидал язвительные усмешки. Но ребята не обижались, они знали о чем идет речь, в чем виноваты, это была их работа, трудная и утомительная, и они снова проходили один и тот же участок, и снова, вгрызаясь кантами в совершенно оледеневшую лыжню, снова и снова ныряли грудью под флаг, заставляя себя как можно плотней обтекать его и прижиматься к нему, чтобы сократить путь, чтобы вырвать те десятые доли секунд, которые дают места, призы и звания. Он знал многих из этих ребят. Они были хорошие парни. Но не очень веселые. Потому что жизнь у них была трудная, большая часть времени в горах, большая часть времени на грязных базах, и нет возможности работать, и очень трудно учиться, и неопределенное будущее, и они всю зиму колесят по одним и тем же порядком надоевшим местам - Чимбулак, Терскол, Хибины...
Как все-таки мир приспособился даже самое прекрасное занятие превращать в тяжелую и нудную работу. И ему почему-то подумалось, что водораздел лежит не между умственным и физическим трудом, а между трудом и работой.