Работает и паровая машина. Можно работать и академиком. А можно трудиться слесарем и можно шофером... Ему нравилось бывать у стеклодувов и смотреть, как они вращают в руках пузырящиеся шарики стекла, и горелка ревет как двигатель на испытательном стенде, и все они были веселые и травили пошлые анекдоты, крича во весь голос, и громко хохотали, а руки их в это время беспрерывно что-то тянули, крутили... Он завидовал им. У него было слишком много "работы". Работы по пробиванию и доставанию, по согласованию и утверждению. И она утомляла его, потому что к такой деятельности у него не лежала душа, он уважал людей, которые могут легко организовывать, пробить и достать, но он был плохо способен к этому, потому что это особый талант, и сейчас это стал самый главный талант, праталант, без которого нынче не имеет смысла уже никакой другой талант, и в этом не было бы ничего плохого, если бы кому-нибудь удалось доказать, что талант снабженца и талант физика одно и тоже... А он был физиком. И любил запах лаборатории, запах, настоянный на электронных лучах, мерцающих неоновых лампочках и напряженных трансформаторах. И любил сидеть обсыпанный пеплом и паять, или обрабатывать данные, или возиться возле осциллографа, и он знал, что иногда закорючка на экране осциллографа может дать удивительное, ну просто сексуальное наслаждение... Но приходилось все бросать и идти в кабинеты, и он ненавидел это, потому что приходилось ломать весь свой стиль мышления, выработанный занятиями физикой, который требовал сравнивать всякую бумагу с фактом, явлением, действительностью, а не с другой бумагой...

Из состояния внутренней погруженности его вывел пролетевший мимо знакомый моряк подводник, с которым они вместе поселились в гостинице. На его лице тоже была написана радость, и он вопил: "Чего стоишь? Работать, работать!" Он ругнул себя, что начал думать о работе, а он не хотел думать о ней эти пятнадцать дней, потому что дела в Москве, а здесь - кататься, кататься, кататься и пить солнце и пить вино, и цыплята табака внизу тоже хороши, и устремился вдогонку.