– Господин градоначальник Вранеж всеми делами в Постоле заправляет, ваше царственное высочество, – выглянула из-за плеча Серафимы, не дождавшись ответа горожан, чуть заметно побледневшая Находка. – Только про него говорят, что он – чистый зверь…

– Тем лучше, – усмехнулась царевна. – Значит, по плану у нас сейчас охота.

– Мы тоже знаем, где его дворец, – выступил вперед Кондрат.

– Ну, хорошо… – прикусил губу Иван. – Тогда, Находка, позаботься, пожалуйста, о людях, накорми, с собой чего дай, а мы должны как можно скорее поговорить с этим Вранежем, объяснить ему, убедить…

– Ага… И поговорить тоже… – мрачно уточнила Сенька, птицей взлетая на коня. – Если успеем.

– А что, он собирался куда-то уезжать? – забеспокоился Иванушка, пришпоривая своего скакуна.

– Соберется, если я его без тебя увижу, – угрюмо буркнула супруга. – Туда, откуда не возвращаются.

Постол был древней столицей древней страны.

С таких же незапамятных времен, как южные костеи – резьбой по кости, северные костеи занимались добычей, выплавкой и приведением в продажный вид железной руды в местных горах. Литые и кованые предметы домашнего обихода, решетки, лестницы, оружие, доспехи и прочие всевозможные предметы, какие только можно было или нельзя сделать из железа и присадок к нему, произведенные в северной части царства были таким же товарным знаком страны Костей, как и костяные статуэтки и фигурки, поставляемые на рынки Белого Света их южными соседями и соплеменниками.

Современный Постол делился речкой Постолкой на две части. Официально они назывались Старый Постол и Новый, но городские остряки прозвали их, соответственно, Постолку и Посколку. В старой, северо-западной, деревянной части, в паре километров от гор и рудников, находились все плавильни, кузни, дома металлургов и кузнецов и конторы и лавки, их обслуживающие. В новой, юго-восточной, каменной – весь остальной город, окруженный лесом. И чем ближе к Дворцовому холму подступали дома, тем были они выше и больше, и тем богаче было их убранство. То есть, было пятьдесят лет назад.