— Господин Гонкур, учёный, путешественник, исследователь и мой друг, — представил Вандесарос своего гостя.

Гонкур поклонился обществу. Он никогда не страдал от чувства ложной стыдливости или застенчивости, если только речь не шла о девушках, но всегда с нетерпением ожидал момента, когда процесс, знакомства оказывался уже пройденным этапом. Не так уж приятно улыбаться всё новым и новым лицам, с равным энтузиазмом заверяя, что счастлив их видеть. На этот раз церемония представления прошла быстро и легко.

— Мы много слышали о вас, господин Гонкур, от моего брата и рады принять вас в своём доме, — любезно сказала Оратанз Кенидес, очень приятная дама с безупречно уложенными буклями и по-старомодному учтивыми манерами. — Прошу вас садиться.

Гонкур сел на указанное хозяйкой место по левую её руку. Как он понял, этим госпожа Кенидес оказывала ему особую честь. Его соседкой с другой стороны оказалась Мигелина, от чего его сердце сладко и тревожно затрепетало. Существует ли более благоприятное условие для знакомства, чем когда сидишь за столом рядом с предметом твоего интереса и заботливо предлагаешь ей то или иное блюдо? Из такого соседства неизбежно вырастет непринуждённость в беседе и, как следствие, более близкая дружба. Единственно, чего опасался молодой человек, была ревность господина Медаса, влюблённого, по словам старика Вандесароса, в Мигелину. Гонкур присматривался к долговязому, ничем не примечательному русоволосому парню, но не мог открыть в нём никаких опасных достоинств, способных воздействовать на сердце девушки. Просто достоинств он тоже не различал, поскольку кроме обычных вежливых фраз Медас не произнёс пока ничего примечательного.