Точно, слесарь, подумал старик, усаживаясь на диван, иначе откуда ему фамилию знать?

- Ну, - подтвердил.

- Павел Сергеевич?

- И тут попал.

- Я тебе, Пал Сергеич, буду фамилии называть, а ты отвечай: слышал о таких или не слышал. Первая: супруги Стеценко.

- Это какие же Стеценко? - призадумался старик. - Из второго подъезда, что ли? "Жигуль" у них синий, да... Этих знаю. Сам-то он где-то по торговой части, товаровед, кажется, из начальников, а жена - учительница, химию в нашей школе преподает. Моя Соня-покойница поговорить с ней любила.

- Про химию?

- Почему про химию? Про жизнь.

- Хорошие люди?

- Обыкновенные. Живут, другие не мешают... Соня как-то деньги дома забыла, а в овощном помидоры давали, так химичка ей трешку одолжила.

- Вернули?

- Трешку-то? А как же! В тот же день. Соня и сходила.

- Значит, говоришь, другим не мешают?

- Не мешают. А чего? Вон, трешку одолжили...

- Большое дело, - то ли всерьез, то ли с издевкой сказал парень и что-то пометил на листке шариковым карандашиком. - Подавший вовремя подает вдвое... Ладно, поехали дальше. Пахомов Семен, пятьдесят седьмого года рождения, Пахомова Ирина, шестьдесят первого.

Старик оживился:

- Сеньку знаю. Сеньку все знают. Я еще мать его помню, Анну Петровну, святая тетка была. Муж у нее по пьяному делу под машину попал - ну, насмерть. В шестьдесят первом вроде?.. Ага, тогда Сеньке как раз четыре стукнуло... Анна его тянула-тянула, на трех работах работала, уборщицей. А что? Тяжко, конечно, а ведь под две сотни в месяц выходило. Это теперь двести целковых - тьфу, а тогда - ба-альшие деньги. Сенька не хуже других одевался, ел, пил...

- Пил? - быстро спросил парень.

- Лимонад. Это потом он за крепкое взялся. За крепкое - крепко... старик засмеялся неожиданному каламбуру, но парень вежливо перебил: