Жеребец покорился.

    Мри за спиной Ксе хихикнула как умалишенная.

- Ну ты же помнишь, как мы ездили, - серебристо повторила она. В темных, выкаченных глазах почти не было разума; земляной пол под ее ногами стал мокрым. – Посмотришь, как дела у тетки, может, привезешь весточку… Там сейчас замечательно, море, солнце…

    Мри, матриархе, приказывала.

- Да, - сказал муж.

     Покачиваясь в седле, Ксе бездумно оглядывал степь. Бесконечная плоскость, уходившая всеми сторонами в непрозрачную дымку, выпивала мысли. Из головы исчезал хутор, Мри, старшие мужья, голопузые дети, овцы…

      Зверь попросту спал. Иногда казалось, что он дышит. Тогда Ксе гладил теплую живую сталь, и пальцы вздрагивали от крохотных электрических разрядов.

     Раньше здесь пролегала железная дорога. Она и сейчас здесь пролегала: одинокая ржавеющая ветка, похожая на хребет динозавра. Ксе перевел дух, подъехав к ней. Он прекрасно знал, что если ехать по степи от хутора строго на восток, просто не сможешь миновать бесконечные, как сама степь, рельсы, но все равно безумно боялся заблудиться. Теперь предстоял путь на юг вдоль дороги.

    Ксе спешился, стреножил Волчка, чудом избежав покусания, и стал ножом чертить на сухой и твердой, как кирпич, земле простую мандалу. Вообще-то никакая не мандала, а обыкновенный шаманский круг, эта немудрящая ворожба вызывала жгучую зависть Крила, который для духов был чем-то вроде пня. Ксе беззлобно радовался всякий раз, думая об этом, и оттого круг удавался ему еще лучше.

     Но не сейчас; сосредоточившегося Ксе наполнила чистая, кристаллизованная тишина.

     Степь была пуста, пуста абсолютно, в ней не бродили даже духи.

     Неудача скорее обнадежила Ксе, посулив безмятежный сон и скучный, но безопасный день пути. Он достал из тюка одеяла и устроился возле мандалы, крепко обняв Зверя, который только что не сопел, видя сны о полях саламандр.