Большие расстояния, вызывающие чувство отстраненности, порождают могучий соблазн для рационального сознания, точно так же, как близость - соблазн для сознания иррационального. Разве не на горе Сатана соблазнял Христа? Уолтеру и Чарли казалось, что нет такой силы, которая могла бы помешать им покорить безбрежный зеленый лес Нового Нью-Йорка, который так легко охватить взглядом.

Линда чувствовала себя неспокойно. Все, кроме маленькой группы из десяти детей, уже отправились наверх. Теперь лифтер позвал и их.

«Я надеюсь, что наши родители похожи на нас»,- подумала Линда.

И хотя все, услышавшие ее, знали, что этого не может быть, но каждый, подобно эху, повторил ее мысль.

Дверь лифта закрылась и вновь распахнулась, открыв небольшую комнату с бетонными стенами и потолком. Потолок был настолько низок, что всякому человеку ростом чуть повыше этих детей пришлось бы пригибаться. Окон в комнате не было. Не было и тех детей, что поднялись сюда раньше.

- Это не сто второй, - прошептал Брюс Бёртон.

- На самом деле, - сказал лифтер, - это и есть сто второй этаж. Просто верхняя наблюдательная площадка на самом деле расположена не на верхнем этаже. Так было всегда, хотя на радость туристам ее во все времена называли «сто второй этаж». В двадцатом веке верхний этаж сдавали в аренду радио- и телевизионным станциям. Отсюда вели передачи. Когда Нью-Йорк был разрушен, передачи прекратились, передавать было некому и нечего - во всяком случае, в Нью-Йорке. Поэтому мы решили оставить верхний этаж себе. Никто не знает, что он существует.

Середина комнаты была занята какими-то приборами; их внешний вид не производил особого впечатления. «Рубка космического корабля?»

«Не может быть,- решил Уолтер. - Я думаю, это передатчик материи. Он гораздо удобнее, если хочешь быстро куда-нибудь попасть».

Словно подтверждая слова Уолтера, в промежутке между аппаратами появился мистер Максимаст. Хотя лучше было бы сказать, что он материализовался.