Мистер Максимаст подозвал детей, а когда они подошли, принялся ставить их одного за другим перед каким-то прибором. Казалось, ничего не происходит, но дети тут же исчезали.

Последними оставались Уолтер, Линда и Чарли.

Затем остались Уолтер и Чарли. Чарли ощущал, как Уолтер постепенно впадает в панику. В мозгу Уолтера вертелся стишок, которого Чарли прежде не слышал. Стишок назывался «Двенадцать негритят».

Через мгновение исчез и Чарли. Максимаст жестом подозвал Уолтера, но тот испуганно попятился. Ему стало жутко, он дрожал, словно душа грешника перед Страшным Судом, хотя всего две минуты назад его переполняли мечты о покорении мира.

Максимаст нетерпеливо махнул рукой. Уолтер бросился к лифту, но лифтер перехватил его и отнес, кричащего и брыкающегося, к Максимасту. Где уж было Уолтеру совладать с двумя роботами…

У Чарли заложило уши, словно он опять поднимался на скоростном лифте.

Он оказался в комнате, почти такой же, как и та, что он покинул, но битком набитой детьми. Несомненно, их здесь было гораздо больше ста двух. Телепатический шум в помещении был так громок, что Чарли с трудом слышал свои собственные мысли.

К нему подошли двое незнакомых ребят. Мальчик и девочка. Мальчик протягивал руку, здороваясь. Девочка плакала.

- Привет! - сказал Чарли, не очень понимая, каких именно слов от него ожидают. - Я - Чарли.

«Конечно, ты Чарли,- подумал мальчик, пожимая ему руку. - Мы все про тебя знаем. Я - Грегорс, а это - Берника. Мы твои родители».

«Чего?..» - Чарли был так ошарашен, что невольно перешел на разговор вслух: - Не сказал бы, что вы выглядите такими уж взрослыми.

- Мы значительно старше тебя, - ответила Берника. По-английски она говорила правильно, но с небольшим акцентом. - Твоему отцу уже двадцать четыре года, мне через несколько дней исполнится двадцать один.