– Разве? Сомневаюсь.

Рентелл выглянул в сад. Мужчины сидели без пиджаков, женщины в летних платьях, очевидно забыв о сторожевых башнях, заполнявших небо прямо над ними. Дымка поднялась еще выше, и было видно, по крайней мере, метров на двести вверх. В башнях не замечалось никакой активности, но Рентелл был убежден, что она скоро начнется.

– Скажите, – спросил он, отчетливо произнося каждое слово, – вы не боитесь сторожевых башен?

Бордмен удивился:

– Каких башен? – Он помахал в воздухе незажженной сигарой. – Вы имеете в виду американские горки? Не беспокойтесь, у меня их нет, посетителям они не нравятся.

Он закурил сигару, встал и направился к двери:

– До свидания, мистер Рентелл. Я пришлю вам приглашение.

Во второй половине дня Рентелл зашел к доктору Клифтону.

– Простите, доктор, – извинился он. – Можно вас попросить осмотреть меня?

– Но ведь не здесь же, мистер Рентелл, я дома не принимаю…– Клифтон оторвался от своих клеток с канарейками, не скрывая раздражения, но, увидев лицо Рентелла, смягчился. – Ладно, что с вами стряслось?

Пока Клифтон мыл руки, Рентелл начал рассказывать:

– Скажите, доктор, возможен ли одновременный гипноз больших групп людей и известны ли подобные случаи вам? Я имею в виду не сеанс гипнотизера в театре, а ситуацию, когда всех членов некоего небольшого сообщества – например, всех жителей нашего гостиничного комплекса – можно было бы заставить поверить в то, что полностью противоречит здравому смыслу.

Клифтон перестал мыть руки.

– Я думал, что вы обратились ко мне по профессиональному вопросу. Я врач, а не шаман. Что вы еще затеяли, Рентелл? В прошлый раз это был праздник в саду, а сейчас – уже массовый гипноз? Советую вам поостеречься.

Рентелл покачал головой:

– Никого я не хочу гипнотизировать, доктор, боюсь, что такая операция уже произведена. Не замечали ли вы чего-то необычного в поведений своих пациентов в последнее время?