– В темноте они могут напугать даже самого храброго человека, – сказала женщина, и Гиз не нашелся, что ответить.

– Я принесу тебе овчину, чтобы укутаться, – сказала Дила. – Здесь очень холодно.

– У тебя всегда так?

– Нет… – Она хотела еще что-то сказать, но осеклась.

– Только несколько последних дней, – предположил Гиз.

– Да… – чувствовалось, что женщина не хочет говорить на эту тему.

– Начиная с той самой ночи, когда впервые появился мертвяк.

– Так убей его! – внезапно зло и напористо сказала женщина. – Убей его, и мой дом снова станет теплым и уютным!

– Возможно, – спокойно проговорил Гиз. – Но прежде я бы хотел услышать то, что ты ото всех скрываешь.

Даже при тусклом свете фитиля было заметно, как дрогнуло лицо Дилы. Но женщина мгновенно справилась с собой, нахмурилась, поджала губы:

– О чем ты говоришь, охотник:?

– Ты отлично меня понимаешь.

– Кажется, нет…

Гиз приблизился к ней вплотную, посмотрел в глаза. Сказал вкрадчиво:

– Ты же видела мертвяка, признайся…

– Нет.

– Ты узнала его…

– Нет… нет… – В голосе женщины послышался страх. Но страх чего?

– Кто это был? Твой муж? Твой пропавший муж! Скажи мне! – напирал Гиз.

– Я не видела его! – женщина вжалась в стену. – Я не знаю, кто это! Не знаю!

– Почему он приходит сюда? Ты догадываешься? Ты знаешь!

– Нет! Не знаю! – Дила оттолкнула охотника. – Я ничего не знаю! Я позвала тебя, чтобы ты его убил! А ты мучаешь меня!

– Ладно, – сдался Гиз, отступая. – Я надеялся, что ты мне поможешь. Но если ты не хочешь говорить – не надо. Все равно, я точно знаю, что у тебя есть какая-то тайна, и я в любом случае докопаюсь до ее разгадки. И для тебя же будет лучше, если это произойдет раньше. А иначе я не смогу выполнить то, ради чего я здесь. Я не сумею защитить вашу деревню! Тебя и твоих детей!

Дила вздрогнула, словно ее ударили. Растеряно опустила глаза, обмякла, ссутулилась. Пробормотала чуть слышно: