Чем больше Ником и Элли овладевала подавленность, тем сильнее старался Лиф их развлечь. Он привел ребят в свой дом на дереве, надеясь, что его вид поможет поднять им настроение. Лиф построил его сам из призрачных веток, в изобилии покрывавших землю у корней мертвых деревьев. Он показал ребятам, как забраться на самую высокую платформу, а когда они там оказались, столкнул обоих вниз и, смеясь, наблюдал, как они бились о ветки и в итоге упали на землю. Затем Лиф спрыгнул вслед за ними, думая, что друзья будут от души смеяться над его выходкой, но, рухнув к корням дерева, понял, что ошибся.

Для Элли падение с дерева оказалось самым страшным переживанием, когда-либо выпадавшим на ее долю. Оно оказалось страшней аварии, так как та случилась так быстро, что у девочки просто не было времени как-то отреагировать. Падать с высокого дерева оказалось даже хуже, чем попасть под автобус, так как тот пронесся над Элли слишком быстро, и она едва успела понять, что случилось. В отличие от первых двух случаев падение показалось девочке бесконечным. Она сталкивалась с ветвями, и, казалось, каждый удар должен был вышибить из нее дух, но этого не случилось. Удары сотрясали ее тело, но боли Элли не чувствовала. И хотя она совершенно не пострадала, девочке все равно было страшно. Она кричала все время, пока летела вниз, а когда ударилась о землю, ей показалось, что вот тут-то ей и настанет конец, но и этого не случилось. Элли поняла, что конец не настанет, потому что он, в сущности, уже настал. Ник упал рядом, ошеломленно тараща глаза. Выглядел он так, словно только что слез с самого опасного аттракциона в парке развлечений. Спустя секунду рядом приземлился Лиф, оглашая воздух неистовыми криками и смехом.

— Зачем ты это сделал? — закричала на него Элли, схватив мальчика и принявшись яростно трясти его. Лиф продолжал смеяться; это привело Элли в бешенство.