И потом, если я и разыщу его, с чего они взяли, что я не разобью его сам и не покончу таким образом с цивилизацией Царствующих Жрецов, предоставив этот чудесный мир своему собственному виду – людям, чтобы те жили в нем, как хотели, безо всяких ограничений со стороны Царствующих. Ведь Царствующие тормозят наше развитие и прогресс.

Некогда мне приходилось беседовать на эту тему с одним из Царствующих Жрецов, и тот ответил мне так:

– Человек человеку – ларл; дай вам волю – вы станете ларлами и Царствующим Жрецам. – Но человек должен быть свободным…– возразил было я. – Самоубийство давать свободу тем, кто лишен разума,– ответил мне Жрец.– Люди неразумны…

Нет, я не разобью яйца – и не потому, что в нем теплится жизнь… Дело в том, что все это чрезвычайно важно для моего друга Миска. Однажды при весьма удивительных обстоятельствах мы с ним вели долгую беседу о странных и вечных вещах… большую часть жизни этого благородного создания поглотили заботы о будущем Царствующих Жрецов, мечты о возрождении рода, новых начинаниях, готовности покинуть старый мир и снова начать жизнь с нуля…

Иметь и любить своих детей – так представлял себе новую жизнь мой друг – Царствующий Жрец – бесполый и все же умевший любить Миск.

Мне никогда не забыть ту ветреную ночь у подножия Сардара, когда мы говорили о времени, покое и долге, о красоте трех горианских лун… Потом я покинул его и спустился с холма; спустился, чтобы спросить у предводителя торговцев, к которым примкнул чуть раньше, путь в далекую страну народов фургонов.

И вот я нашел их…

Клубы пыли близились; казалось, сама земля увеличилась в объеме.

Я опустился на траву.

Кто знает, быть может, стараясь сохранить Царствующих Жрецов, я спасаю людей. Спасаю от аннигиляции, которой непременно подвергнется человечество вскоре после того, как производство оружия станет неконтролируемым. Конечно, со временем люди одумаются и разум, любовь и терпимость восторжествуют в их душах. Тогда они смогут вместе с Царствующими Жрецами обратить свой взор к звездам.