Разумеется, исключительно для использования в благих целях. Пусть для знатоков станет ярче Бетховен, усилится Моцарт, выкричится, наконец, Мунк.

И определенно не рекомендован в качестве психологического костыля. Как же удивлены были ученые, когда общество начало потреблять эстетицин как карамельки, и за шесть месяцев валовой национальный продукт упал на три процента. Как быстро власти объявили его вне закона. Как быстро подскочили подпольные продажи.

А теперь он настиг меня здесь, на моем тупичковом островке под жарким солнцем.

В недели, последовавшие за встречей Кристины и Чарли, меня заботили две вещи.

Кто на острове принимает эстетицин?

Что происходит между моим музыкантом и женщиной с глазами, как полудрагоценные камни?

В первом вопросе я нисколько не продвинулся. Дитеридж ко мне больше не обращался, и, сколько бы я ни пытался, мне не удалось вычислить пользователя среди моих клиентов. Меньше всего я подозревал Чарли, который, как мне было известно, нуждался в наркотике примерно так же, как рыба — в эрзаце чистой морской воды, где плавает ежедневно.

Что до моей нелепой лжи относительно происхождения Чарли, Дитеридж не стал разоблачать меня, вероятно, решив, что мой мозг бывшего наркомана понемногу разжижается.

В отношении второго я преуспел чуть больше. Отчасти выяснить, что они делают вместе, было легко. Отчасти это сбивало с толку.

Все на Гесперидах (за исключением пропитавшегося ромом отшельника Кооса ван Стаадена) знали, что они любовники. Это читалось в каждом их жесте.