Ольгу прошиб холодный пот. Какое-то общее оцепенение, и в голове одна только мысль: «Все. Попалась».

— Открой, Мария. — Голос Старика был как всегда спокоен. — Ты там?.. Мария, никого не слушай. Открой. Это я... Поторопись, а то ведь действительно через крышу полезут.

— Это вы? Все в порядке?

— Да. Все хорошо. Только мы с хозяином тут под лестницей торчим уже полчаса.

— Сейчас. Подождите.

Она отволокла стол чуть в сторону и открыла люк. Старик хромал. Хозяин был чем-то встревожен.

— Вы говорили с немцем?..

— С тобой точно все в порядке? — произнесли они практически одновременно.

— Вы хромаете? Ранены?..

— Ты почему не открывала?

— Да просто спала!

— Так... — Старик уселся на стол и посмотрел на хозяина трактира.

— Ну... я пойду? Принесу, это...

— Добудь нам одежду, подобающую знати. Можно поношенную. Мне и девушке. И как можно скорее... Стой! Может, у тебя есть что в трактирном гардеробе — мало ли, забыли или оставили в залог?..

— Ага. — И трактирщик удалился, забыв закрыть за собой люк.

— Хорошо, — вздохнула Ольга. — Так что у вас с ногой?

— Пустячная рана. Он неплохо владел палашом, — поморщился Старик.

— Немец успел что-нибудь рассказать?

— Угу.

— А потом?..

— Потом утонул в пруду. Ты ведь не ждала, что я отпущу его?

«Как просто… — подумала Ольга. — Я помню, он сидел напротив меня, смотрел, как на дорожную грязь на своих сапогах. И вдруг сам в пруду, с перерезанным горлом... Что же я, жалею его? Мерзкий ведь был человек. Из-за него все... Наверное, так и надо. И Старика он ранил».

Мысли калейдоскопом мелькали в ее голове. Потом она вспомнила про Густава и Франко. И пришло понимание: другого выхода теперь нет. Ожесточиться. Тебя убивают — и ты убивай.

Ольга сжала губы и решительно кивнула:

— Сюда приехал Хорват. Главный после Шульца в их отряде. И с ним еще пятеро солдат... Они захватили Густава и Франко. Те, конечно же, все расскажут.