Но Делнбон лишь покачал головой и сказал ласково, как нянюшка:

— Всего тебе хорошего, Аркл Гулдейрус.

Тяжелая дверь с грохотом закрылась, и Повелитель Летучих Мышей остался один в непроглядной тьме.

Он ждал, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Тьма плотно и тяжело обступила его.

Он ждал, вслушиваясь в шепотки и шумы своего нового обиталища. Шуршание воды, сочащейся по камню, тихое эхо его собственного дыхания.

Он ждал.

Когда наконец он решил, что прошло достаточно времени и что молодым победителям — Высочайшим Князьям королевства — наверняка надоело торчать под дверьми в ожидании дальнейших действий беспомощного узника, Аркл Гулдейрус прошептал высвобождавшее заклинание, которое он применял много десятилетий назад и придерживал до этого дня, во все тяжелые времена.

— Маэрлуэдаум, — тихо сказал он в темноту и хладнокровно перетерпел неприятное ощущение. Волосы сползли с его головы и, как змеи, скользнули по его прикованным рукам и ногам к левой голени, где штаны были тщательно смочены его собственной кровью — туда, где ткань уже шевелилась и поднималась…

Три летучие мыши слетели с прикованного тела, ободряюще коснулись лица пленника, и Повелитель Летучих Мышей усмехнулся в темноте. В двери был глазок, чтобы можно было посмотреть на узника снаружи, и через пару мгновений маленькие соглядатаи выберутся через него и полетят по острову Плывущей Пены, наблюдая и разведывая. Придется постараться, чтобы никто их не увидел, когда они будут подглядывать за тем, где этот воришка Делнбон спрячет ключи, но…

Внезапно в мозгу чародея вспыхнуло пламя вместе с разрывающей болью, а две летучие мыши, одна за другой, разлетелись в клочья. Он в отчаянии пытался удержать последнюю своей волей, вырвать ее у…

— Не так-то ты искусен, Гулдейрус, — прозвучал у него в голове голос Эмбры Серебряное Древо, и последняя из его ручных тварей вспыхнула и исчезла. — Я только-только успела устроиться поудобнее…